Прости за любовь

И ночь уже, но только мне не спиться.
Я вижу пред собой глаза твои
И от желанья рядом очутиться,
Я разделяю это чувство на двоих.

Часть для себя я спрячу в сердце робком,
А часть твою, снабдив в дорогу вместе
С Любовью, Нежностью и Счастьем в золотой коробке,
Со сроком годности, пожалуй, лет на двести

Отправлю. Пусть летит быстрее ветра
И золотым оттенком всё, что встретит озаряет.
Пусть пролетит десятки, сотни километров,
Но ничего при этом пусть не потеряет!

Я так хочу, чтоб получив посылку эту,
Всё то, что бережно отправила в мольбе,
Хранил, ценил и нес с собой по свету,
Отправив мне в ответ, что родилось в тебе.

Запись написал(а) Ксения .

На душе у меня пустота,
И нет ей ни имя ни отчества,
Бури, вьюги, дожди, холода,
А причина всему – одиночество.

И не светит мне больше луна,
Потускнело ясное солнышко,
Разлюбила меня жена,
Улетев из семейного гнездышка.

Улетела она навсегда,
Улетела навстречу рассвету,
Ждет и ждет свой рассвет сквозь года,
А рассвета все нету и нету…

Я хочу всем, друзья, вам сказать,
Научитесь ценить то, что есть,
Не спешите любовь предавать,
Ведь дороже всего – ваша честь!

Запись написал(а) Александр Швец .

Я верю, хорошо всё в жизни будет.
В кромешной тьме забрезжит солнца луч.
Злосчастье навсегда меня забудет.
Судьба преподнесёт удачи ключ.

Всё будет хорошо, твержу я фразу.
С улыбкой в завтрашний вхожу я день.
И жизнь меняет цвет. И видно сразу,
Что было то прошло. Мне повторять не лень.

Всё будет хорошо. Я точно знаю,
Проходит всё, и радость и беда.
Волшебные слова мне выжить помогают.
Тоску-печаль уносят навсегда.

Запись написал(а) Наталья Фёдорова .

Бывает всё, когда-то, в первый раз.
Огонь любви, порой, сжигает нас.
Влюбляемся – не глядя ни на что,
Даря любимым всё своё тепло.

Но если, вдруг, кому не повезёт
И встретится, однажды, сердце – лёд,
Не думайте, что в мире – нет любви,
Надейтесь, что ещё всё – впереди.

Придёт весна – растает в сердце лёд,
Любовь – цветком красивым расцветёт.
И будут вам завидовать друзья,
И будете вы счастливы – любя!

Запись написал(а) Серёга (С.П.) .

«Вторая специальность» была всего более необходима начинающему писателю: ему она доставляла не только заработок, но и громадный фонд наблюдений, впоследствии вводимых в литературный оборот. Бальзак в юности и в зрелые годы носился с множеством самых экстравагантных проектов, осуществление которых должно было сделать его миллионером. Из всех этих коммерческих фантасмагорий ничего не получилось, однако они не прошли для Бальзака бесследно. Темы карьеры и обогащения, к которым так усердно обращался в своем творчестве автор «Утраченных иллюзий», рано сделались для романиста глубоко личными, кровно выстраданными темами. Гоголь приехал в Петербург с намерением сделаться актером. Ему не удалось осуществить это намерение, однако нет никакого сомнения в том, что незаурядный артистический талант Гоголя сильно помог его позднейшему обращению к жанру комедии. В поисках заработка он поступил в один из петербургских департаментов. Чиновник из Гоголя вышел плохой, но служба не прошла для него даром: ее впечатлениями полны «Записки сумасшедшего», «Шинель», отчасти «Ревизор» и «Мертвые души».
В противоположность Гоголю, Щедрин в течение почти двадцати лет был провинциальным чиновником, не раз жалуясь на то, что он «весь погряз в служебной тине». Для него знакомство с этой «тиной» было еще необходимее, чем для Гоголя: именно здесь Щедрин наблюдал помпадуров и ташкентцев всех мастей и калибров; здесь же он нашел материал и для создания собственной авторской маски «надворного советника Николая Щедрина». Л. Толстой начал самостоятельную жизнь с военной службы на юге России. Яркими впечатлениями ее полны кавказские повести, «Казаки», «Севастопольские рассказы»; их ему хватило и на батальные сцены «Войны и мира».
«Слава богу, — говорил позднее Л. Толстой, — я не послушался того, который доказывал мне, что литератор должен быть только литератор». И верно: не служи Толстой в армии, а Гоголь в департаменте, не предавайся Бальзак своему коммерческому прожектерству—они бы не узнали с такой полнотой и отчетливостью те сферы действительности, которые им предстояло изобразить. Нечего распространяться здесь о колоссальном значении «подсобных» профессий в жизни юного Горького. Служил ли он в пекарне, или поваренком на пароходе, или мелким служащим на захолустной железнодорожной станции — все эти разнообразные специальности были для Горького своеобразной «путевкой в жизнь». Они обогатили его всесторонним знанием жизни своего народа, знанием, которое вскоре принесло такие великолепные плоды русской литературе.
Примеры подобного рода легко можно было бы умножить.
Офф.топ.
Как известно наш дом -наша крепость. А какая же крепость без надежных дверей. Сейчас очень популярны металлические противопожарные двери. Они надежны, соответствует всем стандартам, имеют хорошие звукоизолирующие свойства и препятствуют распространению пожара в помещениях.

Как много желаний, и как много снов.
Я встретился с ней, я встретился вновь,
И вновь очутился в объятьях без смысла,
И вижу повсюду одни только лица.

Я вижу в глазах твоих лица из прошлого,
Немного затерты и с кем-то чуть схожи.
О, как объяснить тебе то, что я чувствую
Очень хотелось, да мысли отсутствуют.

Но вот я исчез – развела ты руками
И с нами осталось зачатое пламя,
И лица, и лица. Вокруг только лица.
А я, как всегда, умудрился влюбиться!

Запись написал(а) Григорьев Дмитрий .

Во мраке блуждает она без просвета.
Пустует на тумбе хрустальная ваза.
Пустует душа и пустуют глаза.
Не может страшней быть такого рассказа:

Увидел её он и в миг полюбил
Слепою любовью, что сводит с ума.
Чуть выше небес он её возносил,
Но только была равнодушна она.
Ему так хотелось быть частью её,
Он следовал слепо лишь только за ней.
Готов подарить был он сердце свое,
Но только оно не нужно было ей.

Разбитый мечтами, уставший от боли,
гулял он по городу снова один.
Ему все равно, как цвет светофора,
И все оглянулись на визги машин.
Не чувствовал боли, а лишь облегченье,
Глаза наливались свинцом и пора.
Секунды, как вечность, вся жизнь пред глазами,.
Никто не хотел вот такого конца.

Ей весть донесли, и она, задыхаясь,
От чувства вины, перестала дышать.
Во мраке себя заточила навечно.
Безмерная боль, что нельзя описать.

Как жаль,что над временем нет у нас власти.
Она бы вернулась, чтоб все изменить.
Судьба была видимо встретить такого,
Чтоб боль испытав, потеряв, полюбить.

Запись написал(а) Мария .

С тоской в глазах на сердце боль.
Сейчас Я провожу любовь.
Ей слов обидных не сказала,
Билет на поезд не давала.

Она решила так уйти,
Мне прошептала “Селяви”
Сама уходит безвозвратно,
Смотрите в след ей-так занятно.

Она уйдет, захлопнет дверь.
Нет смысла жить одной, поверь.
Обид ненадо содержать,
Но жить нет смысла содержать!

Запись написал(а) Елена Вегера .

Истории мировой литературы знакомы случаи ухода писателя от действительности. Это неизменно обедняло жизненный опыт писателя, препятствовало его движению вперед. Флобер говорил о себе, что у него «нет никакой биографии. Я человек-перо и существую из-за него, ради него, посредством него. Я больше всего живу с ним». Жизнь казалась Флоберу «гнусной», и он стремился «избегнуть» ее испытаний, «живя в искусстве». Надо сказать, что и ему нередко становилось невыносимо оставаться в созданной им самим «башне из слоновой кости». В такие минуты литература казалась Флоберу «органическим сифилисом», потому что это только литература. Чехов резко критиковал тех писателей, которые живут «замкнуто в своей… эгоистической скорлупе». «Кто, — говорил он, — ничего не хочет, ни на что не надеется и ничего не боится, тот не может быть художником».
Предельной полнотой исканий характеризовалась жизнь таких писателей, как Данте, Сервантес, Пушкин, Толстой. Жизнь их была полна тревог, неудач. Жизнь «изожгла» их и в то же время дала им громадный по объему и ценности опыт. То, что Толстой всю свою жизнь «бился» и неустанно искал выхода, и придало такую исключительную жизненность его ранней автобиографической трилогии, «Утру помещика», «Анне Карениной», «Крейцеровой сонате», «Воскресению», «Живому трупу».
В дневнике Л. Н. Толстого 1856 года мы читаем: «Никакая художническая струя не увольняет от участия в общественной жизни». Эти слова знаменательны в устах Толстого, вся жизнь которого была проникнута этим граждански-патриотическим началом общественности. Они в высокой мере характерны для передовых писателей.
Величайшим источником обогащения жизненным опытом являлась революционная деятельность. Особенно значительную роль она играла в России. Этот трудный путь постоянных преследований царизмом прошло и старшее поколение советских писателей, во главе с Горьким и Серафимовичем.
На заметку:
Если вам необходимо приобрести фасовочное оборудование, рекомендую посетить информационно-торговый центр производителей упаковочного, фасовочно-упаковочного, пищевого и технологического оборудования. Лучшие производители к вашим услугам. На сайте имеется удобная доска объявлений.

Многие передовые писатели мира отдавались публицистике, которая отвечала их стремлению к открытой политической агитации. Вспомним, например, памфлет Гюго «История одного преступления» или его обличительное предисловие к роману «Отверженные». Позднее подобное же значение приобрели публицистические выступления Роллана. Эта традиция оказалась особенно плодоносной в условиях самодержавной России, где всякий передовой писатель становился трибуном народного освобождения, обращаясь в числе других средств обличения врага и к публицистике. Имена Новикова и Фонвизина, Радищева и Пушкина, Белинского, Герцена и Огарева, Чернышевского, Добролюбова, Щедрина, Короленко, Льва Толстого — вся эта блистательная вереница имен завершается славным именем Горького.
Необычайно плодотворной для жизненного опыта писателей прошлого являлась и их политическая деятельность. Политической пропаганде отдали немало сил Радищев и Рылеев, Герцен и Огарев, Чернышевский и Добролюбов, Некрасов и Короленко.
И у нас и на Западе эта дорога была опасной и сулила писателю многочисленные испытания. Данте, заявивший: «Изгнание мое за честь себе считаю», открыл собою фалангу изгнанников из родной земли, и на чужбине продолжавших политическую деятельность (Вольтер, Гюго, Мицкевич, Гейне, Герцен и другие). Тех, кто не сумел эмигрировать, нередко ожидала тюрьма— припомним десятилетнее заключение немецкого драматурга Шубарта или семилетнее пребывание Тассо в доме умалишенных. Судьба российских писателей была в этом смысле особенно драматичной. Пушкин и Лермонтов были убиты. В ссылке томились Радищев, Бесту- жев-Марлинский, Герцен, Щедрин, Короленко, в тяжких условиях сибирской каторги жили Достоевский и Чернышевский. Николаевская солдатчина изуродовала жизнь А. Одоевского, Полежаева и Шевченко. Однако гонения не могли сломить творческую энергию писателей.
Писатели участвуют в защите родины. Перед лицом иноземного нашествия Боярдо отбрасывает «Влюбленного Роланда». Кернер бросает свою работу над поэмой, уходит в поход и гибнет, защищая родину. В ряды воинов вступили Батюшков, Денис Давыдов, Грибоедов, Гаршин. Участие Л. Толстого в Крымской войне способствовало созданию им высокопатриотических «Севастопольских рассказов». Без участия передовых писателей в войне русская литература, несомненно, не имела бы стихотворения «Валерик», «Войны и мира», «Четырех дней» в той совершенной форме, в какой они написаны.
На заметку:
Детские товары чико в интернет- магазине ua-ua.kiev.ua. Коляски, автокресла, игрушки и прочее. Доставкапо Украине.